Запасная жизнь

Седой командир отправляет нас в бой,
Ведь мы все солдаты на этой войне!
Указывая путь своей властной  рукой
На красном от крови коне!

Рябит в глазах от цветастых знамён,
В ушах звенит от приказа: «Вперёд!»
Здесь много молитв, да мало икон.
Война не крестовый поход!

Припев:
В кармане камуфляжа запасной патрон!
В голове приказ: «Если что – застрелись!»
Но враг должен быть истреблён, побеждён!
Господи, пошли мне запасную жизнь!

Чьи-то черепа хрустят под кирзой.
Это враги наглотались свинца.
Может быть, ещё вернусь я домой,
Но войне не видно конца!

Припев:
В кармане камуфляжа запасной патрон!
В голове приказ: «Если что – застрелись!»
Но враг должен быть истреблён, побеждён!
Господи, пошли мне запасную жизнь!

Мы играем в прятки сами с собой!
Весело над нами пули свистят.
Сколько шагов между смертью и мной?
Не подсчитаешь, комбат!

Припев:
В кармане камуфляжа запасной патрон!
В голове приказ: «Если что – застрелись!»
Но враг должен быть истреблён, побеждён!
Господи, пошли мне запасную жизнь!

Господин 666

Погрязшая в грехах, вращается земля.
Не искупить вины свечой за три рубля.
Вот кончился шальной, чумной двадцатый век.
Едва ли лучше стал порочный человек.

Припев:
Ты слышишь шаги зверя? Он идёт не один.
Он смотрит на тебя из шикарных витрин,
Хрустящих банкнот, женских глаз, дорогих картин.
И глупо рассуждать: «Бога нет? Или есть?»
Его правда – ложь! Его искренность – лесть!
Ведь он не Господь – он лишь господин шестьсот шестьдесят шесть!

Те, что плели венец с тернового куста,
Чтобы затем надеть на голову Христа,
И те, кто распинал Иисуса на кресте, –
Они как были – те, так и остались – те.

Припев:
Ты слышишь шаги зверя? Он идёт не один.
Он смотрит на тебя из шикарных витрин,
Хрустящих банкнот, женских глаз, дорогих картин.
И глупо рассуждать: «Бога нет? Или есть?»
Его правда – ложь! Его искренность – лесть!
Ведь он не Господь – он лишь господин шестьсот шестьдесят шесть!

На письменном столе

На письменном столе – разнузданные песни,
Души эквивалент, крамольные стихи.
Все струны пообвисли, и скоро дека треснет.
Как тяжело замаливать нам смертные грехи!

Одни заткнули уши, чтоб ничего не слышать.
Другой закрыл глаза, чтоб не увидеть дна,
И, горькой отхлебнув одним глотком в затишье,
Непринуждённо «вышел» с открытого окна!

Ведь леность вдохновенья так непрестанно гложет.
Всего одно мгновение – и всё оборвалось!
То пуля, то игла, то кто-то подытожит.
Но всё-таки, быть может, нам что-то удалось!

Связующую нить между двумя мирами
Опять кто-то смотал в невидимый клубок.
Гранитный монолит, корзиночка с цветами.
С собою он забрал лишь маленький мирок!

Все будет хорошо

Он был не как все, он выбрал свой путь,
С которого был не в силах свернуть,
И шёл по нему от шевелюры до лысины,
И даже познал момент истины.

Он много читал и много курил.
Когда я хандрил, он мне говорил,
Раскрашивая мир зелёным карандашом:
«Всё будет хорошо! Всё будет хорошо!»

Но я не верил ему и не верю сейчас!
Когда мне плохо, зову врача.
Когда чуть хуже, тогда молюсь.
Когда мне страшно, тогда боюсь.

Но он много читал и много курил.
Я почти умирал, но он вновь говорил,
Раскрашивая мир зелёным карандашом:
«Всё будет хорошо! Всё будет хорошо!»

Он мне цитировал Канта, цитировал Ницше.
Он был духовно богатым, я, наверное, – нищим!
Он говорил о Христе, Магомете и Будде,
А я ему: «Полно те, лучше точно не будет!»

Он поправлял очки, он снимал пиджак.
Он был гениален, а я – дурак!
Он был философ, я – сквернослов!
И я был болен, а он – здоров!

Он старался хоть как-то укрепить меня в вере,
Но я был тяжёл, как дубовые двери.
И в них столько раз он напрасно стучался!
И вот пришёл час, и философ скончался.

Когда ж с покойным проститься пришёл,
Средь кипы бумаг записку нашёл,
Написанную мне зелёным карандашом:
«Всё будет хорошо! Всё будет хорошо!»

Допит стакан

Допит стакан сырой воды,
Закрыты шторы на окне.
К утру растают все следы,
И ты не вспомнишь обо мне.

В пустую пачку сигарет
Стряхнёшь ты пепел, и потом
Вновь будет день, а эта ночь –
Лишь перевёрнутым листом.

Уснёшь, сомкнув глаза большие.
И просто всё как дважды два!
Потом споют тебе другие,
Мои используя слова.

Дорожка

Как хочется избавиться от скверны —
В душе своей и выгнать ее вон!
Ведь приподняться смог бы я, наверно?
Прервать кошмарный алкогольный сон.

Вчера, как обычно, был навеселе –
Сегодня валяюсь на битом стекле
Бутылочном, рюмочном, даже зеркальном.
Кто вспомнит меня человеком нормальным?

Уже всё не то! Образ жизни не тот!
А светлый мой стих превращен в анекдот.
Когда-то и эту страничку закрою…
Свернула дорожка — да вместе со мною!

Освобождение

Я собрал свои вещички в целлофановый пакет:
Бритву, деньги, документы — а других, увольте, нет.
Растерял по белу свету и квартиры, и дома.
Обниму теперь планету. До свидания, тюрьма!